ОЛИМПИЙСКИЙ СЕЗОН

МЫ ВСТРЕТИЛИСЬ С СОТРУДНИКАМИ КОМПАНИИ BOSCO, РАБОТАВШИМИ НА ОЛИМПИЙСКИХ ИГРАХ В СОЧИ, ЧТОБЫ ВЫЯСНИТЬ, КАК ВЫГЛЯДЕЛ ПРАЗДНИК СПОРТА ИЗНУТРИ.

На фото (слева направо) Александр Митрошин, Алексей Выборнов,
Александр Кузнецов, Анастасия Умылина, Ирина Брусницына,
Артур Валиев и Екатерина Тетерина


Как вам Олимпиада? Вы еще под впечатлением, или уже все пережито?

Анастасия: Конечно, осталась какая-то ностальгия.

Ирина: Особенно, когда включаешь телевизор и видишь Паралимпийские игры.

Екатерина: В эту атмосферу так погружаешься, что даже после возвращения домой частичка твоей души остается в Сочи. 

Анастасия: Ну, и когда показывают Олимпийский парк, а ты вспоминаешь, как ходил по нему, заново чувствуешь… 

Александр Митрошин


Тогда расскажите: чем занимались, что видели?

Александр Митрошин: Моя задача на Олимпиаде – экипировка волонтеров. Я занимался сортировкой товара на складе и комплектованием, руководил выдачей. Довольно сложная работа: много суеты, постоянно чего-то не хватает, приходилось все время бегать. 

Сколько волонтеров ты экипировал?

Александр Митрошин: Ну, максимум было 1882 человека.

Это в день?

Александр Митрошин: В день, да. И плюс 200–300 комплектов мы собирали каждый день «заочно». Так что в общей сложности тысячи две или даже чуть больше. Мы не только волонтеров экипировали – еще и сотрудников, и спортсменов, которые получали дополнительные комплекты, как, например, Елена Исинбаева.

Екатерина: Кстати, форма была у всех разная. У волонтеров, которые работали на трассах высоко в горах, например, длинные плащи, также отличались комплекты у тех, кто работал в горном кластере и прибрежном.

Волонтерская форма BOSCO


Ирина: Да, из-за узора «лоскутное одеяло» казалось, что у волонтеров форма разного цвета – то синяя, то желтая, то фиолетовая.

Екатерина: Да, и именно волонтерскую форму все время пытались купить. Бывало, стоишь на кассе, и каждый третий человек подходит с вопросами: «Где купить голубую шапочку, перчатки? А продайте, а давайте поменяемся? Я готов заплатить любые деньги!» Эта форма всем нравилась, но она нигде не продавалась, только досталась волонтерам как трофей.

Александр Митрошин: По поводу цвета, кстати, больной вопрос, потому что все приходили и говорили, что хотят желтую, розовую или зеленую. А у нас ведь не было задачи выдавать какие-то особенные цвета. Повезло самым симпатичным (смеется).

Удавалось выбежать куда-нибудь, посмотреть саму Олимпиаду?

Александр Митрошин: Свободного времени почти не было. В Центре выдачи униформы мы вообще приспособились таким образом, чтобы не терять время, приносить туда обед. Обычно кто-то один из смены брал у всех аккредитации, уезжал и привозил еду на всех.

Екатерина Тетерина


Екатерина: Я работала на Олимпиаде в горах, на курорте «Роза Хутор». Занималась сразу двумя вещами: во-первых, контактировала с медиа, во-вторых, работала в локальном магазине BOSCO, где продавалась коллекция Original – форма, в которой нашли олимпийцы получали заветные медали.
Вообще, было здорово и ужасно интересно, когда получалось принять участие в съемке  различных  проектов, например, заставку к «Вечернему Урганту» мы снимали именно там, в горах. Пол-одиннадцатого вечера, администрация специально для нас открыла подъемники, мы на них поднимались ночью в горы. Специально для нас включили освещение, и мы там были совершенно одни. Потрясающие ощущения.

Работа в магазине, наверно, больше времени отнимала?

Екатерина: Я знаю, что ближе к концу Олимпиады мы пробили миллионный чек. Понятно, что желающих купить форму – либо Олимпийскую, либо форму болельщиков – было огромное количество. Нам тоже хотелось всех одеть. И хотя были задействованы все силы, люди бывало стояли до 3 часов  в очереди, чтобы попасть в магазин.

Анастасия Умылина


Анастасия: Я работала в прибрежном кластере, то есть прямо на морском берегу. Это, конечно, было удивительно – просыпаться утром от яркого солнца, под звуки моря; на улице +15. Так что я съездила, можно сказать, не поработать, а отдохнуть (смеется).
Мое место работы было в магазине, возле морвокзала. Это настоящий культурный центр Сочи, и люди там тусовались до 2–3 часов ночи, поэтому у нас всегда были клиенты.

Александр Митрошин: Компания BOSCO завоевала особый авторитет, когда одела всю Олимпиаду. Представьте, почти каждый встречный был одет во что-то от BOSCO. А что привезти родным из Олимпийского Сочи? Все везли наши товары.

Анастасия: У нас был большой поток людей, огромный спрос, так что мы работали до 12 ночи. Самую длинную очередь, которую я видела – 70 метров, – впускали по 20–30 человек. Мы посчитали, что каждый проводит в нашем магазине больше часа: 20 минут стоят в очереди, чтобы войти, полчаса бегают по магазину – выбирают, что купить, а потом еще стоят в очереди к кассе минут 30. Выдержка у клиентов просто удивительная!

Очередь в Главный Олимпийский Магазин BOSCO


Екатерина: Я сама была свидетельницей, как во время соревнований по фигурному катанию люди игнорировали выступления спортсменов и стояли в очереди в магазин. 

Ирина: Но там возле магазина стоял большой экран, и можно было прямо из очереди смотреть трансляцию.

Инфраструктура продуманная была?

Анастасия: Ну да, в первый день февраля я поговорила с местными, они говорят: «Мы вообще не верили, что это произойдет, а как здорово!» Когда мы приехали 1 февраля, там еще ездили рабочие грузовики.

Ирина: Это ты еще 20 января не видела, когда грузовики даже проехать не могли!
Я прилетела в Сочи одной из самых первых, и тогда в городе еще не было ничего построено. Все собиралось, прямо как конструктор, на глазах. Мы утром уходили – асфальта не было, вечером идем – асфальт уже есть. Наутро уходили – не было елок, вечером приходим – уже посажены!

Екатерина: Да-да, когда я приехала, нигде еще травы не было, а дня через три – повсюду зелень.

Ирина Брусницына


Ирина: Я работала в трех местах. Первое – это куда привозят весь товар, откуда начинается BOSCO в Сочи. Потом в горах, где проходили соревнования по лыжам и сноуборду. И, наконец, в Главном Олимпийском магазине BOSCO, он находится прямо в Олимпийском парке, где тоже соревнования проводили. Кстати, именно там была самая большая очередь. Магазин огромный, построен в виде пьедестала почета, весь зеркальный.
Очень многие иностранцы, с которыми я разговаривала, спрашивали: «Кем вы работаете здесь на Олимпиаде?» Когда отвечала: «Я сотрудница компании BOSCO», у них сразу рот открывался: «BOSCO? Это же так круто!» 

Екатерина: А я как-то встретила француза, который рассказывал мне, что BOSCO – это компания Владимира Путина. Я говорю: «С чего вы взяли? Это частная компания, с частными капиталом и общеизвестным владельцем». А он говорит: «Посмотрите, все одеты в BOSCO!» Я как могла пыталась его переубедить, но, по-моему, у меня ничего не получилось.

Что больше всего покупали?

Ирина: Перчатки, шапки, бейсболки… То, что можно привезти в подарок друзьям и родственникам.

Екатерина: За эти 17 дней мы смогли экипировать не только волонтеров, но и всех болельщиков из всех стран!

Говорят, даже полиция была одета в BOSCO.

Екатерина: Да, у полиции была фиолетовая форма.

Алексей Выборнов


Алексей: Мы приехали в Сочи вместе с Настей. Наверное, у нас самая длинная история переселений. Мы поменяли пять мест жительства, начиная с Адлера. Довелось пожить даже на кораблях, на итальянском лайнере. Вместе работали на морвокзале. Мне повезло больше всех – я попал на кассу. Как мне рассказали покупатели, все родственники просили привезти сувенир из Сочи от BOSCO. Забавно, что у меня друзья из Екатеринбурга заказывали некоторые вещи, которые потом отправляли в Москву и даже в Австралию.
Потом меня перевели в Олимпийский магазин в морском порту. Мы работали с теми, кто жил на пришвартованных кораблях, – там примерно по 3,5 тысяч человек на судне. У нас постоянных очередей не было, но обычно люди заселялись человек по 100 и через пять минут приходили в магазин все вместе, одновременно. 

Екатерина: Кстати, в аккредитации волонтера было указано, что они обязаны фотографироваться со всеми. Ну ладно волонтеры. На курорте «Роза Хутор» ходили собровцы, огромные мужчины с автоматами, и каждый хотел сфотографироваться с ними, и эти суровые люди останавливались, улыбались и фотографировались.
Вообще, все были крайне дружелюбны. Мы привыкли к тому, что русский человек закрытый, замкнутый, не каждого близко к себе подпустит. А на Олимпиаде работали как будто совсем другие люди. Им как будто сделали прививку улыбки и радости. Хоть полицейский, хоть продавец – все улыбались. 

Магазин BOSCO на курорте «Роза Хутор»


Но при этом работа была очень тяжелая?

Ирина: Да, тяжелая. Если в Екатеринбурге мы работаем в обычном графике, то там – как белки в колесе. Чуть выдохнешь – и опять. Сейчас мне как будто не хватает той энергии, того движения. 

Екатерина: Когда мы были на закрытии, я встретила американца лет 50. Оказалось, у него такое хобби – ездить по Олимпиадам. Он рассказывал, что на этих Играх все люди настолько «friendly», настолько открытые, что для него это стало настоящим откровением. Он ехал сюда с опаской, но был безумно рад, что все оказалось не так, как он представлял. 

1/ 3

Олимпийские значки


Говорят, особой «валютой» на Олимпиаде были значки.

Ирина: Да, все сборные приезжают со своими значками – ими все время меняются, собирают свою коллекцию. И значок был реальной внутренней валютой Олимпиады.

Алексей: Я попал на закрытие – за значок. Причем за сутки до этого я смотрел «Вечернего Урганта», где Иван сказал, что этот значок – цветная перчатка BOSCO – ключ от всех дверей. И через день я решил этим воспользоваться.

Екатерина: У всех спонсоров были свои значки: у «Кока-Колы», у «Мегафона», у «Самсунга».

Ирина: Любой человек мог подойти и спросить: «Сhange?»

Екатерина: Да, это было самое ходовое слово. Были люди, которые собирали настоящие коллекции. Особенно ценились значки из небольших стран — например, Перу. 

Алексей: Или значки с автографами. У меня вот есть значок с автографом Антона Шипулина. После соревнований мне удалось подловить его и попросить расписаться.

Его не менял?

Алексей: Нет, конечно! 

Ирина: На самом деле, автограф было несложно получить — все спортсмены были очень открыты. 

Александр Митрошин: Когда я работал на складе в Большом Ледовом дворце, мимо нас на тренеровку проходили наши хоккеисты. Я подготовил майку хоккейную, думаю: «Сейчас перехвачу их на обратном пути». А они уехали на автобусе. Но, в конце концов, я все же добился своего и автографы получить сумел.

Анастасия: У меня была такая история. В конце Олимпиады, 20-го числа я улетала московским рейсом. Сажусь в самолет, занимаю место и вижу, что ко мне движется мужчина ростом под потолок. Он садится рядом и говорит по-русски: «Проиграли! Поехали домой». Оказалось, чешский хоккеист – летит домой после проигрыша. В общем, он достает свой «Самсунг» и показывает видео, которое он снял на церемонии открытия. Показывает и говорит: «Как много людей, посмотри!» Так красиво, что не передать. Для меня это был показательный момент: с какой гордостью он это показывал.

Александр Кузнецов


Александр Кузнецов: Я работал на выдаче униформы, одевал волонтеров. Потом перевелся в ГОМ, где работал и в зале, и на кассе — от зари до зари. Когда Олимпиада закончилась, я снова вернулся в центр выдачи униформы, где уже одевал спортсменов-паралимпийцев. 

Когда я  только приехал, все мысли были направлены на работу, так что на саму Олимпиаду я не ощущал, но когда начал работать в ГОМе, сразу поймал эту волну, болел за наших. Это потрясающее ощущение, когда ты понимаешь, что все без исключения — покупатели, продавцы, технички — все болеют, все кричат: «Ура!».

Ты побывал на каких-то соревнованиях?

Александр Кузнецов: Да, я был на трех хоккейных матчах — двух отборочных и на матче за 3-е место. Кроме того, я побывал на закрытии — потрясающая обстановка, эмоции зашкаливают. 

Вы тоже за значок билет получили?

Александр Кузнецов: Так сложилось, что у меня день рождения 23 февраля, как раз в день закрытия Олимпиады, так что билет мне просто подарили.

Артур Валиев


Артур: Когда я приехал на Олимпиаду, сразу попал на склад, клеил ценники, а когда приезжали фуры с экипировкой, я становился грузчиком. Отдыхали мы, тоже за работой — сажали цветы. Через некоторое время настал момент, когда меня перекинули в ГОМ, где я работал за кассой. Конечно, атмосфера была непередаваемая — все болели, кричали, по-хорошему сходили с ума. Вокруг постоянно ходили звезды, я столько за всю жизнь не видел!

Кого например?

Артур: В здании ГОМа была студия Первого Канала, так что я видел почти всех звезд нашего телевидения. Кроме того, на соседней кассе, как мне потом рассказали, рассчитывался Xzibit. Вот, Саша рассчитывал на кассе Жириновского. Если честно, я его себе по-другому представлял. Думал, это мужчина побольше и погромче. Оказался очень спокойный, вежливый человек. Я даже подружился с мамой канадского хоккеиста, которая подарила мне свой Олимпийский значок.

Александр Кузнецов: Да, это было по-настоящему круто — такого единства я нигде не видел.


Редакция благодарит BOSCO за предоставленную возможность узнать Олимпиаду изнутри.

текст
АЛЕКСАНДР БАКИН
  2562 18 марта, 2014
Интересные статьи
  2437

Редакция детально изучает масштабный фестиваль граффити и брейкданс-культуры «VAQUM», чтобы понять его значение для тех, кто недавно влился в хип-хоп сообщество

  3354

Какую историю рассказала победительница конкурса «На замену», и какие кроссовки она выбрала

  3818

Спецкор WTF, Лина Филатова, рассказывает о положении дел в уральском картинге и говорит с главными пилотами региона

comments powered by Disqus