ПРОСТОЙ ПАРЕНЬ ДЖЕРАЛЬД

A GUY CALLED GERALD — О МАНЧЕСТЕРЕ КОНЦА 80-Х, ПЕРВЫХ МУЗЫКАЛЬНЫХ ЭКСПЕРИМЕНТАХ И 808 STATE

A Guy Called Gerald. Фото: RBMA


В ноябре в Дом Печати при поддержке Red Bull Music Academy приезжал с живым выступлением легендарный музыкант, прародитель стиля acid house — A Guy Called Gerald. WTF поговорил с Джеральдом о Манчестере конца 80-х, первых музыкальных экспериментах и 808 State.

Прошлогоднее выступление Джеральда на Boiler Room


Давай заглянем в прошлое и повспоминаем, какой была твоя первая полноценная запись. Помнишь ее?

Да, конечно. Мой первый трек назывался «Back to attack». В то время я вместе с MC Tunes состоял в команде Scratchbeat Masters, и это была наша первая запись. Такой, своеобразный lo-fi  hip-hop. На дворе был 1987 год. «Back to attack» был записан в маленькой студии в самом центре Манчестера.   

Каким был Манчестер в 80-е? На улицах было опасно?

Не сказать, что так. Это ведь очень маленький город, все друг друга знали. Кроме того, в Манчестере находится один из самых крупных университетов Англии, так что город просто кишил молодыми интеллигентами. Было полно клубов, баров, кафе, где они проводили время. Хорошо помню, как провел большую часть своей молодости, пытаясь выглядеть постарше. Ради этого приходилось постоянно околачиваться рядом с университетом, брать какие-то книги из библиотеки. Ну и в конце 80-х все парни старались выглядеть так, будто они из Joy Division. Все носили огромные пальто, брюки, рубашки, и все такое.

Что в большей степени повлияло на твои первые записи – бэкграунд, приобретенный еще в детстве, или музыкальный бум конца 80-х?

Вообще, все началось с моего увлечения танцами, и музыка для меня была всего лишь инструментом, с помощью которого я мог танцевать. Перед каждым занятием в танцевальном классе мы разогревались, для этого у нас был специальный барабанщик, отстукивавший нам ритм. Однажды кто-то из ребят принес драм-машину – и началось. Понимаете, это был мой первый инструмент; через какое-то время, сам уже не помню как, у меня появилась бас-гитара.

Честно говоря, мне всегда было интересно делать что-то связанное с музыкой – скажем, мы с друзьями делали микстэйпы. Происходило это так: мы записывали радио на кассету и выкидывали те куски, где говорил ведущий. Если он говорил всю дорогу, то мы находили коротенький момент, где он молчит, вырезали нужный кусочек пленки и пускали его по кругу. В то время только-только появилась возможность записывать звук с кассеты на кассету, которой мы активно пользовались. Тогда я понял, что можно разным образом компилировать эти кусочки, чтобы они звучали, будто это полноценный трек. Но это никуда не шло, мы все это мы делали только для танцевальных классов.

1/ 2

A Guy Called Gerald. Фото: Алексей Пономарчук


Получается, все началось с танцев. Это как-то повлияло на твою музыку?

Я начал танцевать в 80-е, когда в клубах был самый разгар джазовых экспериментов. Мы ходили в клубы и «рвали» танцпол, это было невероятно круто. В то время я завел много знакомств. 

Помнишь свои первые acid house эксперименты?

Все случилось сразу после того, как я купил свою первую драм-машину. А вы понимаете, что купить драм-машину просто так нельзя – я сразу же начал записывать музыку. Мы вдохновлялись главным образом джазом, проходили много миль пешком, чтобы покопаться в пластинках из ассортиментам музыкального магазина – никакого интернета нет и в помине. Я часто ходил в библиотеку в поисках информации о новых музыкантах… 

А информацию искали так. Вот, скажем, есть у тебя пластинка Chick Corea времен Return to Forever, переворачиваешь ее и изучаешь список музыкантов: «Так, какой-то Эл Ди Меола играет на гитаре». И ты начинаешь копаться на полках магазина, искать записи Меолы, а находишь нужную пластинку, переворачиваешь и снова читаешь: «Ага, на клавишах Кит Джарретт». Вот таким образом у нас и собирались целые джазовые коллекции.  

Но в то же самое время, кроме джаза мы все слушали и электрофанк, и соул, и рэгги. Рэгги, кстати, был в нашей жизни буквально с младенчества. Оттуда, в общем-то, и пошел фанк, джаз…

Хип-хоп?

Хип-хоп, да, но еще до того, как его стали так называть. Тогда это называлось электрофанк. 

Клип 1988-го года на Voodoo Ray — трек, принесший наибольшую популярность Джеральду


Насколько можно судить по твоим рассказам, манчестерская музыка состояла из безумной смеси разных жанров. Выходит, ты взял и все это объединил в своей музыке? 

Живи я за пределами Манчестера, может быть и смог бы это заметить, но на тот момент я чувствовал себя словно рыба в воде, вся музыка была связана между собой, и я не мог выделить зарождавшиеся стили – я просто делал, что делал. 

Понимаете, то была эпоха гетто-бластеров – на улице все время звучала какая-нибудь музыка. А по-субботам в центре города ставился большой магнитофон, под звуки которого соревновались между собой локальные брэйк-данс группировки. Южный Манчестер был прибежищем для «Street Machine», за Средний Манчестер танцевали «Broken glass», а Северный Манчестер представлял… черт, не могу вспомнить название.  

Кроме того, в городе обитало огромное количество джазовых музыкантов. У них тоже были свои соревнования, но уже не такие локальные – Манчестер здесь выступал против, к примеру, Бирмингема или Лондона.

Тоже на улицах?

Нет, это уже происходило в клубах. Улицы были захвачены электрофанком, люди танцевали брэйк, рисовали граффити. В общем, уличная культура была в самом расцвете.

Не так давно ты возобновил сотрудничество с Грэхемом Масси из 808 State. Как это произошло? 

Когда мы плотно работали вместе – это был, кажется, 88-й – мы очень много записывались, сочиняли всякое. Но потом вышло так, что я выпал – слишком много у нас с Грэмом было разногласий. Теперь мы стали старше, спокойнее… В конце концов, это очень круто – работать с тем, кто начинал писать музыку в то же время, что и ты; с тем, кого понимаешь с полуслова. Я пробовал работать с диджеями, но они сочиняют блоками и сэмплами, а я… я просто пишу музыку. В общем, вместе с Грэмом мы записали отличный альбом «Prebuild», созданный на основе материала из 88-го. Посмотрим, может быть, запишем еще что-нибудь.

808 State — Ride. Трек, записанный в рамках альбома «Prebuild» в 2004-м году 


Что можешь сказать о текущем состоянии электронной музыки? И, вообще, приходилось ли когда-нибудь слышать о русской электронике, например, 80-х годов?

Не сказать, что много, но я бы не прочь узнать о ней больше. Мне удалось послушать несколько миксов, сделанных здешними ребятами, и это была очень концентрированная электронная музыка. В Англии большинство диджеев используют чужие лупы, и это нормально, но мне нравится совсем другое. Если бы они могли рассказать с помощью своей музыки историю – было бы куда интереснее. 

Ровно неделю назад вы отыграли сет в Москве. Что можете сказать о столичной публике? 

Было здорово, чувствовалась мощная отдача. Но в Москве я играл диджей-сет. Было классно ставить ту музыку, которая нравится мне, поэтому было вдвойне приятно видеть ответную реакцию.  


Редакция благодарит Red Bull Music Academy и Дом Печати за помощь в организации интервью. 

Также просим не забывать о том, что 11 декабря в Доме Печати на вечеринке Тесноты выступит не менее интересный музыкант — хаус-дива Maria Minerva, подписант лейбла 100% Silk и NOT NOT FUN. Перед концертом организаторы покажут фильм SILK, в котором речь пойдет о лос-анджелесской танцевальной сцене и, собственно, об артистах лейбла 100% Silk.

текст
АЛЕКСАНДР БАКИН УЛЬЯНА ЯКОВЛЕВА
  1476 08 декабря, 2014
Интересные статьи
  6040

  3393


Илья Шипиловских, куратор выставки «Жизнь других», о красотах советского быта и силе историй из семейного архива

  2255

Британский музыкант Lukid объясняет, как вести себя с фанатами и рассказывает о жизни по ту сторону танцпола

comments powered by Disqus